Tiger of Kyoto
... because the nights in Kyoto are hot...
Весна всегда казалась мне удивительным временем года – она сочетает в себе начало новой жизни и смерть. Смертью пропитано всё, всё, начиная с пресловутых цветов сакуры… из-за них тяжело дышать, мне не нравится. Возможно, всё в разыгрывающейся каждую весну мигрени, которую в строгих рамках всего-лишь-головной-боли помогает держать только сила воли.
Я растрепанный и несобранный. Конечно же, не внешне. Внешне ничего и никогда не меняется – только, может иногда седой волосок откуда ни возьмись… или морщинка становится глубже… А внутренне мне растрёпанно. И печально.
Этой весной я слишком часто вспоминаю людей, покинувших меня.
Тех, кто был близок – и тех, до кого я никогда не мог дотянуться. Этих людей много. Их лица чередой проносятся перед внутренним взором. В кошмарах они искажаются и становятся масками театра Но. В воспоминаниях… они другие. Здесь и отец, и Такадзу-сан, и учитель, и Микото-старший. Здесь тот, кто утверждал, что я пахну персиками – и та, что отдавалась мне так страстно. И груз сожалений становится практически невыносимым…
Я хуже могильщика.

А волосы растут. Визиты к Муги-чану всегда возвращают мне спокойствие и ясность ума. Пора, пожалуй.

В Ко Каку Ро в последнее время пахнет лотосом.