Мелькнул хвост лисий.
Нет теперь мне покоя –
Жду каждый вечер.
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
15:52 

lock Доступ к записи ограничен

... because the nights in Kyoto are hot...
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:31 

... because the nights in Kyoto are hot...
Увы! Не места
Мне на земле. И даже
В уединенье
Средь гор моих любимых
Я слышу плач оленя.
(с) Таю Тошинари

Отец предпочитает виски, сын – сакэ и вино. Это удивительно, казалось бы, даже в алкоголе следовало бы соблюдать традиционность…
Очаровательная аллюзия. Тигр, вепрь и журавль. Бедный-бедный журавль.

О чайной церемонии написано и сказано уже очень многое, но мне хотелось бы обозначить вновь те семь золотых правил, которые вынес монах Рикю:
«Есть семь секретов. Заваривай чай так, чтобы твой гость получал от него удовольствие. Раздуй уголья, чтобы вода закипела. Поставь цветы как надо. Пусть в комнате будет прохладно летом и тепло зимой. Опережай время. Пусть твой зонтик будет всегда наготове – даже если не идёт дождь. Пусть твоё сердце чувствует сердце твоего гостя»
Последнее наставление, на мой взгляд, является одним из важнейших. Хотя важна любая мелочь.

22:40 

... because the nights in Kyoto are hot...
12:05 

... because the nights in Kyoto are hot...
Каждый человек заведомо одинок.
Мы приходим в этот мир одни - и уходим так же. Ни с чем. Никто не принадлежит нам - и мы не принадлежим никому.
Во фразе "не отпускай меня" есть что-то безумно пошлое, как в дешёвом романе в мягкой и чуть потрёпанной обложке. Мы не можем заставить кого-то быть рядом с собой или удержать. Потому что каждый сам волен выбирать свой путь.
Мы можем сделать так, чтобы человек захотел остаться рядом. Но принуждение бессмысленно.
Иногда этого сделать не получается. И виной можем быть не только мы или наши не слишком старательные попытки, но и другие факторы.
Стоит лишь помнить, что каждый человек изначально одинок в космическом холоде бесконечных вселенных.
Один очень далёкий от философии человек доверительно сказал мне как-то в приватной беседе - некоторые люди похожи на кометы. Такие же ослепительно яркие - и так же быстро уносятся в темноту космоса. Некоторые люди становятся нашими постоянными спутниками. Вокруг друг мы вращаемся, как вокруг звёзд.
Меня поразило это точное определение от него, столь далёкого от дзэн-буддизма.
Каждый из нас может быть одновременно солнцем, кометой, спутником - для кого-то. Но бесконечная тишина и бесконечный холод космического одиночества неизменны для всех нас. Принцип саби.

16:06 

... because the nights in Kyoto are hot...
Рад приветствовать здесь Хиса (Фэа)


Photobucket

09:28 

... because the nights in Kyoto are hot...
У этого человека воспалённые глаза, словно от недосыпа. Но тот, кто знает его достаточно долго уже к этому привык... как я. Белки глаз чуть красноватые, так что тёмно-синяя радужка кажется холодной и совершенно бездонной. В голове тотчас же проносятся ассоциации - тёмное зимнее небо, глубокая вода подо льдом... колодец. Лицо у него бледное, если не сказать белое. К такому загар не пристаёт... у твоей кожи тоже есть это свойство, но выглядишь ты по-другому... как христианский ангел. Он же - как труп. В белизне этой есть что-то нездоровое, словно у него анемия.
Узкая полоска губ. Тонкие усики над верхней губой, маленькая бородка. Щетины нет. Кожа кажется не просто идеально выбритой - восковой. Будто на ней, как на кости, вообще ничего расти не может.
А волосы пшеничные, до плеч. Сразу видно, что за ними этот человек хорошо ухаживает - пряди мягкие, лёгкие, густые... Говорят - сапожник без сапог. Но только не в его случае. Темно-синяя бандана, стягивая волосы, подходит по цвету к глазам, и я иногда задумываюсь, был ли это специальный выбор... наверно, нет. Наверно, мне сложно было бы представить Муги-чана, выбирающего себе подобный предмет одежды... наверно, мне было бы сложно представить его где-то ещё - помимо его парикмахерской.
Когда он пожимает мне руку - европейский обычай, а все сейчас отчего-то стараются выглядеть независимыми европейцами, и он тоже - я приподнимаю уголки губ в вежливой улыбке. Вид Муги-чана производит впечатление расслабленности и лености, как и его вялое рукопожатие, но я знаю истину.

Его парикмахерская расположена на пересечении двух улиц, но вывеска не слишком яркая. Нарочно или нет, но она кажется поблекшей от времени. Выцвевшей. А внутри играет патефон. Оригинально... винтаж, наверно. Старые записи с виниловых пластинок, таких же старых, как и сами записи. Пахнет настоящей парикмахерской.
Раньше Муги-чан был и цирюльником, но теперь я даже не знаю... есть ли кто-нибудь достаточно смелый среди его обычной клиентуры, кто мог бы подставить беззащитное горло этому человеку? В цирюльнике и его клиенте есть что-то интимное, как в хирурге и его пациенте... не знаю, многие ли хотят этой интимности с лучшим знатоком обеих своих профессий в Киото...
Я вручаю ему лучшие сладости, и Муги-чан радуется, как ребёнок. Он большой сладкоежка... как твой аметистовоглазый ангел. Я ещё в первый раз подумал - о, господи, как пошло и как наигранно это звучит! Но промолчал. Я всегда молчу.

Парикмахерская "Чёрные ножницы" - элитная. Попасть сюда сложней, чем к какому-нибудь дорогому стилисту с громкой фамилией... и элита тут своя. Если вы долго общаетесь в преступных кругах и политике - что часто одно и то же - то могли бы узнать многих его клиентов... они всегда приходят по одному, и строго в назначенное время. И когда мир вдруг сужается до размеров небольшого пятачка пространства вокруг кресла, а тело укрывает специальная ткань - как саван - по горло, они ведут с хозяином этого места тихие разговоры под аккомпанемент старых пластинок и пощёлкивания ножниц. От ножниц по всему помещению бегут холодные блики, Муги-чан следит за своими инструментами.

Мне не нужна помощь профессионального киллера и главы элитных убийц "Чёрные ножницы", и я просто прихожу к нему стричься. Слушаю его голос с потусторонними нотками, смотрю в глаза безумию - а этот человек безумней мартовского зайца, и улыбаюсь ему. Мне это нравится... это даже не адреналин, это другое... может, и я сумасшедший, кто знает... но когда Муги-чан начинает тихонько напевать, пока гребень скользит в моих волосах, я расслабляюсь.
Я только надеюсь, что убивает он всё-таки другими ножницами.

09:21 

... because the nights in Kyoto are hot...
Всех новоприбывших я с радостью приветствую.

Photobucket

13:55 

Ask Oriya Mibu

... because the nights in Kyoto are hot...
Идея, поданая мне западными друзьями и коллегами, не кажется плохой, потому не вижу смысла её отметать.
Здесь в комментариях вы можете задать мне, Ории Мибу, любой вопрос - анонимно или от своего лица. И я постараюсь ответить на него максимально полно.
Запись изредка будет подниматься.

11:02 

... because the nights in Kyoto are hot...
12:56 

... because the nights in Kyoto are hot...
В первую очередь хотелось бы поприветствовать новоприбывших - -Рин- и Sei Katsu


Сегодня особенно неприятный день - по части головной боли. Может, не стоило мне начинать читать Перси Шелли именно в такой день... хотелось ознакомиться с представителем английской поэзии того времени - с кем-то помимо Китса и Вордсворта, ибо в этой сфере я, к своему стыду, не могу похвастаться большой начитанностью.
Шелли показался мне многословным. Действительно - ту мысль, которую можно легко и изящно уместить в четверостишье, он растягивает на три листа... возможно, это во многом и вина переводчика, но мне было трудно отслеживать некоторые обороты и их согласование.
Хотя, говоря откровенно, некоторые стихи мне понравились - но особого восторга, как Китс, не вызвали.
Теперь хочу просветиться Тенесси Уильямсом - всё-таки он не даром является одной из ключевых фигур американской литературной жизни.

Дни сливаются в одну беспросветную череду - головной боли и ожидания. Ничего страшного. И к первому, и ко второму я привык. Это напоминает мне то, с какой жадностью в летний зной мы ожидаем прохладное дуновение ветра.

Рэндзо, не стыдно забывать друзей?

13:18 

... because the nights in Kyoto are hot...
Ожидание в приёмной всегда выматывает. Ненавижу больницы и ту атмосферу, что здесь царит. Некоторые, конечно же, чувствуют себя здесь как рыбы в воде… но не я. Запах лекарств, яркий свет и приглушённые разговоры. А ещё – прошлогодние журналы. Какая бы больница ни была, а вот журналы во всех странах старые. Это меня всегда раздражало. Кафетерии в больницах. Гадость – одно слово. Кофе здесь жидкий и отдаёт больницей. Нет, не то, чтобы какой-то особый и неприятный привкус, совсем нет. Скорей ощущение того, что не-всё-в-порядке-это-больница. Это всё выматывает… и приглушённые разговоры, и испуганные, дикие глаза людей… Выматывает.

22:03 

... because the nights in Kyoto are hot...
Признаться, я следую не только правилам хорошего тона, приветствуя вас ответно, Мандор Савалл . Искренне рад вашему появлению здесь. Надеюсь, наше общение доставит нам обоим большое удовольствие.

Карпы - вестники удачи и благих событий.

18:25 

... because the nights in Kyoto are hot...
Меня нельзя оскорбить.
Можете записать это себе хоть на страницах Библии, европейцы, или на талисманах, собратья. Но. Орию Мибу оскорбить нельзя.
Это невозможно.
По сути, что значит оскорбить? Обидеть? Задеть за живое? Полно. Я не думаю, что в хозяине Ко Каку Ро так много живого осталось... правда.
Меня нельзя оскорбить, но можно разочаровать. Как правило, разочаровавшие меня просто однажды узнают, что в посещении Ко Каку Ро им отказано. Это всё. Я не злопамятен. Это своего рода животный инстинкт - ограждать себя от неприятного.

Идут годы. Через меня проходит множество человеческих историй. Здесь есть всё - любовь, ненависть, порок, разврат, романтика... я смотрю на это, выслушиваю, сочувствую, когда это необходимо... и всё. Я сторонний наблюдатель, чем совершенно не горжусь. Жить лучше, чем наблюдать за жизнью, но снова все пути и дороги приводят меня к тому, с чего я начал. Ко Каку Ро. Место, где человек умирает для окружающего мира... на время.
Идут годы. Я старею.

Нынче "модным" считается читать Мураками Харуки. Я не оспариваю его мастерство, мне нравятся произведения этого автора, но хочется спросить - а другие? А знаете ли вы, что есть другие авторы, ничем не хуже его? Но их просто не знают, не узнают - вот и приходится вежливо улыбаться на слова собеседника, который с важным видом заявляет "Да, я читал Мураками".

Я уже давно вырос из романтики. Томные взгляды, прогулки под луной, охапки цветов и безумства во имя любви - простите, я давно оставил это за плечом. Я не создан для любви, как бы банально это ни звучало. Словно строчка из пошлого дамского романа, а вот поди ж ты... Я не создан для того, чтобы быть любимым.
Я сутенёр. Я прекрасно знаю, чего стоят семейные узы, прекрасно знаю и вижу - ко мне приходят те, кто ищет нового. Приходят - и находят.
И всё же... для того, чтобы быть взаимно любимым я не создан. Что не так? Я... удобный.
Удобный для того, чтобы влюбиться - когда хочется романтики. Удобный для того, чтобы поведать мне свои печали. Удобный для того, чтобы прийти ко мне под утро и найти пристанище, помощь, заботу. Удобный. Как может быть удобным диван.
Таинственный сутенёр из Ко Каку Ро - такой загадочный... да. Конечно. Я такой. Вы видите меня таким, потому что вам так хочется. Это ведь экзотично. А нас всех тянет на экзотику, не так ли? Такой загадочный сутенёр из Ко Каку Ро на самом деле страдает от мигреней, читает книги, слушает музыку, выбирает себе удобный мобильный телефон и лэп-топ, оплачивает счета за электричество и пользуется Интернетом - так же, как все.
А ещё этот самый Мибу - да-да, тот самый, кто сейчас пишет эти строки - привык молчать.
"- А теперь я скажу тебе правду.
- А раньше, выходит, ты мне лгал?!
- Нет. Но я молчал. И о многом молчал."
Так и я. Молчу. О многом молчу. Молчу, когда вижу неискренность. Когда вижу предательство - какое бы оно ни было. Пусть так. Пускай этот некто, мистер Икс, думает, что Мибу - глупый, ничего не замечает. Пускай. Пускай даже много будет этих мистеров Иксов.

Я не самурай. Не называйте меня так. Я никогда им не был - и никогда не стану. У меня нет самурайской чести. У меня есть честь Ории Мибу. И гордость тоже - гордость Ории Мибу.

А на самом деле - просто Бах. "Воздух".

18:42 

... because the nights in Kyoto are hot...
Дела завершены, хлопоты подошли к концу и теперь я дома.
Духота на улице сушит губы - даже ветер горячий, словно ветер из далёких пустынь.
Вчера приезжали из Сумиёси-кай... ох, не нравится мне всё это, ох не нравится...

А тебя нет. Надеюсь, не получилось так, что ты приехал - а меня не было на месте? Впрочем, мне бы обязательно доложили... но иногда так хочется помечтать о том, что я не просто инструмент. О, ками-сама, какие глупости я несу! Это всё безбожная жара...
Стоит замолчать, музыка всегда лучше простых слов.


23:30 

... because the nights in Kyoto are hot...
А в Киото ночи жаркие... ночи сладкие... ночи томные...
И даже если отшумит гроза, упадёт на землю ливень - холодно не будет.
Because the nights in Kyoto are hot.



12:24 

О ненависти

... because the nights in Kyoto are hot...
Как часто каждый из нас говорил в своей жизни "ненавижу тебя!", "ненавижу эту жизнь!" или "ненавижу апельсиновый сок!". Это всего лишь слова, которым не стоит уделять особого внимания.

Ненависть - это по-настоящему страшное чувство. И вряд ли каждый, среднестатистический человек может познать его в полной мере. Я знаком с двумя людьми, которых терзает настоящая, неподдельная ненависть - и это ужасно.
Ненависть иссушает и разрушает. Ненависть подобна Лисьим Огням - ведёт за собой, но зачастую ведёт за собой к погибели.
Я скорблю о тех, кто испытывает это чувство. Мне жаль их.

Если применять это понятие относительно меня самого, то я могу точно и твёрдо сказать - я не испытываю ненависти ни к кому. Я знаю обиду, я знаю раздражение. Меня часто одолевает гнев. Но час на рассвете с катаной, когда по саду едва-едва расползается туман - и гнев уходит. Слишком дорого моей душе спокойствие и внутренняя гармония, чтобы утомлять и унижать самого себя подобным.
В Ко Каку Ро некоторые приходят не за едой, не за развлечениями, не за традиционным антуражем, который так дорог моему сердцу. Есть те, кто приходит сюда для того, чтобы побыть людьми. Чтобы сбросить с себя бремя - пусть всего лишь на время, но и минуты бывает достаточно, чтобы дать передышку.
Ненависти в мой дом путь заказан. И, чуть ли не в шутку, но ведь в каждой шутке есть только доля шутки: ненависть - удел живых. Когда человек приходит в Ко Каку Ро для окружающего мира он умирает.

"Я решил пройти по жизни с любовью. Ненависть - слишком тяжёлое бремя" Мартин Лютер Кинг.

18:30 

... because the nights in Kyoto are hot...
Дождь всё не прекращается. Такое ощущение, что ещё немного - и я выйду в подобие маленькой Венеции, а не в сад.
Несмотря на то, что спал хорошо - весь день словно сонный. А всё из-за пасмурной погоды. Зато под дождь приятно курить - наверно от влажности. Дым из губ течёт лениво-лениво, а с ним и мысли становятся неспешными. Словно застоявшаяся вода в пруде - ещё бы ряской не подёрнуться только и совсем хорошо будет.

В некоторых провинциях уже зацветает сакура. Это довольно красивое зрелище - особенно, если нет дождя и можно расположиться под деревьями. Да и распить пару чарочек сакэ. Только в последнее время я, глядя на цветущие вишни, всё чаще вспоминаю рассказ Сакагучи Анго "Под сенью цветущей сакуры". В некотором роде вполне могу поддержать главного героя - порой и меня пугает её цвет. Говорят, в Мейфу сакура цветёт вечно. Но чего она тогда стоит? Вечное цветение сакуры не соответствует принципу Моно но Аварэ. Наверно, я идеалист и почитатель эпохи Хэйан, но кто без греха, как говорится... И всё же - созерцая всё время красоту, мы притупляем наш взгляд.
Примерно в этом месте я был бы готов подойти к рассуждению о том, что застывшая красота не может сравниться с красотой движения, но не стану продолжать. От такого поклонника гравюр, каким я являюсь, это было бы попросту глупо.
Сегодня порадовал сам себя творчеством Каджита Ханко:


Проклятый дождь и ветер! Такое ощущение, что кто-то царапает сёдзи. Очень приятно. Хоть перечитывай "Пионовый фонарь" - то же самое впечатление создаётся.
Сегодня снова будет чай с лотосом. Потому что после него опиум приятно пощипывает губы, да-да... И табак. Остаётся только определиться.

@музыка: The Doors - People are strange

09:41 

... because the nights in Kyoto are hot...
05.04.2013 в 15:21
Пишет Геда:

URL записи

09:18 

... because the nights in Kyoto are hot...
Ужасная ночь. Привкус кошмаров ещё тает на кончике языка.
У них есть когти.

20:15 

... because the nights in Kyoto are hot...
Из книги Масахико Симада "Красивые души":
"...Любовь принца (Хидэномия) автоматически становится делом государственной важности. Любовь как забава для него невозможна" (с)

Для Японии фигура императора и наследного принца - даже сейчас значит намного больше, чем та же королева Елизавета для англичанина. Что и говорить, хоть Его Величество Император Муцухито и вынужден был признать себя человеком, отказавшись в угоду Америке от своего божественного происхождения, хоть это и вызвало волну самоубийств, пронёсшихся по всей территории страны - менталитет остался тем же. Что радует меня более всего, так это то, что до сих пор фигура Императора освещает и объединяет Японию. Он - гражданин, по сути лишённый гражданской жизни, он прижизненная легенда, символ.... Любовь как забава для него невозможна, ведь давно уже идеалы Мейдзи канули в лету.

Себе на заметку: перечитать Дзиро Нитта -"Ода Нобунага - полководец муссонных дождей", Сюгоро Ямамото "Открытая дверца в заднем заборе", Митико Нагаи "Время умереть", Сюхэй Фудзисава - "Тигриное око" - орудие тайных убийц", Синдзюро Тобэ "Клыки дракона".
Первое - особенно сладко. Перед Нобунагой я преклоняюсь, каждый раз замирает сердце - стоит только подумать об этом великом человеке!

И напоследок:
"И если ты думаешь, что здесь нет ничего позорного, и считаешь, что главное - это твоё собственное благополучие, то твои распутные и неучтивые действия достойны лишь сожаления" (с) Бусидо

Пара строк на рисовой бумаге

главная